Информационный сайт ru-mo
ru-mo
Меню сайта

  • Категории каталога
    Расселение и войны славян [58]
    Славянские языки и письмо [35]
    Творчество славянских народов [33]
    Славные славяне [8]
    Источники о славянах и русах [24]
    Образование славянских государств [50]
    Историческая реконструкция [20]
    Любор Нидерле [21]
    Верования, обряды, обычаи [38]
    Славянская прародина [21]
    Предшественники славян [29]
    Материалы по личности Рюрика [12]
    Древние русы, руги, росы и другие [9]
    Венеты, Венеды, Венды. [13]
    Ободриты [8]

    Форма входа

    Поиск

    Друзья сайта


    Приветствую Вас, Гость · RSS 29.06.2017, 13:54

    Главная » Статьи » История славянской культуры » Венеты, Венеды, Венды.

    Венеты: наши давние предки. Йожко Шавли/ Продолжение
    Венеты: наши давние предки.
    Йожко Шавли

    РИМСКАЯ ЭПОХА

    Норик 

    Как уже упоминалось, из Культуры полей погребальных урн, которую праславянские венеты в 13 веке до нашей эры распространили по Европе, в эпоху бронзового и раннего железного века формируются новые культурные общности. На определенной территории от Балтики до Адриатики носителями их были венеты. 

    В Центральных и Восточных Альпах и близлежащих областях, которые в рамках данного исследования нас особенно интересуют, на основе, созданной венетами, развились цветущие культуры, которые археология именует по местам важнейших находок: Вилланова, Эсте, Голасекка, Мелаун и Гальштат.

    В нижней Падане влияние этрусков на культуру Вилланова все усиливалось, и к концу 6 века до н.э. эта культура совершенно утрачивает свою самостоятельность. Центр ее – Фельсина (Болонья) – стал одним их наиболее значительных этрусских городов.

    В начале 4 века до н.э. в Падану вторглись полчища кельтов, захватив и Фельсину. На этом закончился этрусский период культуры Вилланова. Под натиском кельтов наступил и закат культуры Голасекка в Верхней Падане. Однако находки при раскопках, как и многочисленные местные топонимы в близлежащих Альпах, по холмам вокруг озер и у подножия Альп, а также на равнине, например, в области Равенна, свидетельствуют о том, что первичный слой венетов – словенов – и после вторжения кельтов сохранялся в земледельческо–пастушеской субкультуре еще долго, вплоть до периода римлян.

    Нашествие кельтов незначительно затронуло и культуру Эсте на Венецианской низменности и в близлежащих Альпах, так что она сохранилась до периода римлян. Археологические находки, относящиеся к ее последней стадии (Эсте IV) составляют лишь небольшое количество предметов из кельтской культуры Латена. И все же значительное число фигурок нагих воинов и латенская боевая амуниция: каска, меч, щит, наконечники стрел (раскопки в Лаголе) 58, – могут свидетельствовать о том, что верховный слой этой культуры – кельтский. Кельты также чтили богиню этой страны Гекату, как и местное население (Р. Питтиони).

    Слой кельтов, в той степени, в какой он здесь действительно существовал, связанный с изделиями Латенской культуры, постепенно сходит на нет. Кельты, вероятно, присутствующие в области влияния культуры Эсте, не могли быть какой–то захватнической силой, скорее это были какие–то союзнические воинские части. И кельтские имена на памятниках из поздней культуры Эсте не свидетельствуют об ассимиляции кельтами венетов, а только о духе союзничества между ними.

    Venetia 

    В 225 году до н.э. римляне нанесли кельтам тяжелое поражение на этрусском берегу при Теламоне. Поражение это означало постепенное затухание кельтской гегемонии в Падане. Так, римляне в 192 году до н.э. захватили город Bononia (Фельсина, сейчас Болонья), который был средоточием кельтских боев. В 183 году до н.э. они завоевали также область культуры Эсте и дали ей название Venetia по жившим там венетам. Это название сохранилось до нашего времени: Венето (ит. Veneto) – для области Венеция (ит. Venezia) – для ее главного города. 

    Римское название Venetia свидетельствуют о том, что во время появления римлян в этой местности все еще значительно преобладало старое венетское население и его язык. В наречии Венеции, Падуи и Мантуи до сегодняшнего дня сохранились многие слова, родственные формы и значения для которых мы находим в современных славянских языках. Они свидетельствуют о характере существовавшей когда–то культуре венетов.

    Мнение о праславянских истоках этой венетской группы, то есть адриатических венетов, еще сто лет тому назад отстаивал в своих трудах словенский ученый Д.Трстеняк 59. При этом он опирался на многочисленные словенские выражения в наречии современной Венецианской области. Его выводы решительно отвергал словенский историк Фр. Кос (1896), который, правда, не отрицал существования словенских слов в названном наречии, но находил для них иное, хотя и совершенно бессмысленное объяснение, о чем свидетельствует следующий абзац:
    «Трстеняк в своих исследованиях, сравнивая венецианское наречие со славянскими языками, убедился в том, что у венецианцев много выражений, употребляемых также славянами. Это служит ему новым доказательством того, что старые венеты относились к славянской народности. Я думаю, что такой вывод ошибочен. Многие лингвисты могли бы найти в наречии горицких словенцев немало итальянских выражений. Но разве можно на этом основании утверждать, что горицкие словенцы на самом деле являются славянизированными итальянцами?» 60.

    Историк Фр. Кос, очевидно, не очень хорошо был знаком с географией, иначе он имел бы представление о том, что итальянские венецианцы, живущие на территории Венеции, Падуи и Мантуи, не имеют общих границ со словенцами, от которых могли бы в повседневном взаимном общении перенимать словенские или соответственно славянские выражения.

    Здесь мы не можем рассуждать о том, какая доля истины содержится в утверждении, будто венеты пришли когда–то из Пафлагонии. Сначала они помогали осажденной Трое, а после ее падения их легендарный вождь Антенор якобы привел венетов на северное побережье Адриатического моря. Почерпнув эту историю из греческих источников, ее повторяют и латинские писатели: Плиний Старший ссылается на то, будто об этом говорит Катон, далее Корнелий Непот, Ливий и др. 

    Но археологи на этот вопрос пока не дали нам надежного ответа. Точно так же у нас нет сведений о том, когда в Венецианской области перестал звучать местный венетский (праславянский) язык. Романизация не могла прогрессировать слишком быстро (R. Pittioni, itm., 337/30). В крестьянских слоях язык, вероятно, сохранялся еще не одно столетие, до того, как окончательно победил романский язык. По местным топонимам в венецианских горах можно заключить, что венетский язык преобладал там еще долго.

    Carnica 

    В восточной части земли Venetia, возле города Aquileia (соврем. Аквилея) в современной Фриули римляне создали в 181 году до н.э. мощный военный лагерь. В этой области в результате встречи культур Эста и Гальштат сформировалась новая культурная общность и соответственно народность карнов, именуемая в исторических источниках Carni. Отсюда происходит название Carnia, по–словенски, относящееся к территории современного северного Фриули и Карнийским Альпам. 

    От этого названия, совершенно очевидно, происходит название Carniola (словен. Kranjska, нем. Krain), возможно также Крас (Crasus) и далее Carantania (Карантания, а также Коротан и Корошка; нем. Karantanien, Karnten), может быть, также Гореньска. Ученый Ян Коллар возводит название народа Carni к слову «gorni», т.е. горцы, жители гор 61.

    Ландшафт в нижнем Фриуле был тогда еще болотистый, лесистый. Как свидетельствуют исторические записи, карны рассеялись по окраинным холмам и горным долинам. Жили они в нижней Каринтии, Гореньской и на Красе. Города Оглей (Аquileia, cоврем. Аквилея), Градеж (соврем. Градо) и Триест (Tergeste, Trieste от венетского Terg, т.е. «торг») были их торговыми центрами. Карнийскими были также Чедад (соврем. Чивидале), римский Forum Julii, от которого происходит название нынешнего Фриули, и город Concordia (близ области Портогруаро). В северной части наиболее значительным центром карнов был Julium Carnicum (сейчас это Чулио близ города Тольмеццо). Знаменательно, что Плиний старший отождествляет карнов с таурисками и позднейшими норичанами (Nat. Hist. ш. 133).

    Подпись к иллюстрации
    Белин (Belenus), бог солнца карнов и норичан. Фигурка найдена при раскопках в Галиане близ Чивидале (1870). Память о Белине в Фриули сохранилась в названии церквушки S.Bellino на холме S. Pantaleone e Orzone (см. A.Tagliaferri. Colonie legionari nel Friuli celtico. Pordenone. 1986. 228). О нем напоминает также название местечка Белинья близ Аквилеи. В верхнем Посочье сохранилось даже предание о том, как Белин с помощью своих чудодейственных ключей возвращает людям свет.

    То, что карны, как и норичане, были выходцами из народа венетов и состояли в родстве с другими венетскими народностями, подтверждает между прочим и то обстоятельство, что всеми ими почиталось одно и то же божество – бог солнца Белин (Велен, Веленус), которого одождествляли с Аполлоном – он был общим для всех.

    Карнийский, он же норикский бог Белин был покровителем города Оглей (Аквилея), из чего мы можем сделать вывод, что город этот, вопреки римскому военному присутствию, оставался еще в значительной степени карнийским, хотя в повседневной жизни несомненно преобладал латинский язык.

    Римский писатель Тертуллиан определяет Велина как норикского бога (Noricus Belenus – Apol. adv. gent. 24.7. ad nationes II. 8). Сохранившиеся надписи Belino sacr на каринтийском замке Ойстровица и Belino Aug. sacr. в предместье Целовца (Клагенфурта) Циголе (Ziggulln) свидетельствуют, что Белина в Норике действительно почитали. В городе Julium Carnicum бог этот имел свой храм, посвященные ему надписи найдены также в старых городах Concordia, Altinum и в Венеции. Следовательно, почитали его в провинциях Норикум и в Венеции.

    Правда, надписи в честь Белина мы находим и в областях Римини, Тиволи и в Риме, то есть в Лациуме, в связи с которыми Плиний старший упоминает венетов, а также вблизи города Бурдигала (Бордо), в Галлии и на некоторых галльских монетах (Belenos) 62.

    Имя Белин, или Беленус, несомненно указывает на венетское, то есть славянское происхождение. В нем ощущается связь со старым Белбогом, праславянским божеством солнца и света. Имя его появляется везде, где мы находим венетов – в Лациуме, по свидетельству Плиния старшего (III, 69), и в Голландии, в Арморике, где венеты во время прихода римлян проживали еще компактно. Только от них могли перенять Белина некоторые роды кельтов.

    На территории Фриули почти нет латенских археологических находок, и сохранившиеся местные топонимы не свидетельствуют о существовании здесь кельтских поселений накануне прихода римлян, хотя современные фриульские патриоты стараются обосновать самостоятельность фриульцев присутствием здесь в древние времена культов, искусственно возводят многие фриульские топонимы к кельтским. 

    Но почти все названия, как и многочисленные «Sclavons» на этой территории, где, по убеждению историков, словенцев вообще не должно было быть 63, говорят о венетских, то есть славянских карнах в предримскую эпоху. Значительная доля словенских сел в фриульском говоре также хотя бы в некоторой мере должна восходить еще к старым карнам 64, а не только являться результатом соседства с современными словенцами.

    Знаменательно также, что Фриуль, по сравнению с Венецией, еще долгое время после завоевания римлянами не был романизирован. В городах, торговле и среди воинства преобладал латинский язык, то есть язык официальный, а не народный романский говор 65. Лишь с христианством латинский язык стал распространяться и далее, проникать в христианскую среду. И только в эпоху позднего средневековья в селах возобладал новолатинский язык, то есть нынешний фриульский говор 66.

    Подпись под иллюстрацией:
    Надпись на одном из алтарей римского периода в Оглее (Акуилее), посвященная Белину (Белен, Беленус).

    Во многих случаях словенские элементы в фриульском говоре открывают нам ту стародавнюю крестьянскую культуру, какой ее отражают именно словенские предания. Извлекая материал из фриульского атласа (g.g. Cоrbanese, 1983), мы находим в фриульской лексике не только слово scuete (словен. skuta – творог), но и molec (от словен. mlecen – молочный, также в значении молочно–восковой спелости) в значении «мягкий», «покорный»; и далее govet (от словен. govedo – крупный рогатый скот) в значении «откормленный теленок», cjmat (словен. komat – хомут) в значении «конь» и т.д. Название tamar (словен. tamar – загон, овчарня) в значении «огороженный пастушеский загон» указывает на древнее пастушество, которое проявляется также в названиях Pasian или Passons (от словен. pasnik – пастбище). А словенское слово bajta – хижина, лачуга – почти в первоначальном виде сохранилось в фриульском говоре как pojata. 

    С культурой славянского дома и поля связаны слова ranizze (словен. oranica – пaхотная земля) и pustot (словен. pustota – пустошь); что касается садовых фруктов, то здесь характерно слово ceregne (словен. cesnja, cresnja – черешня) и особенно cespe (словен. cespa – слива), которое распространилось почти во все романские языки (Meyer–Lubke), есть там также vuising (от словен. vi[nja – вишня) в значении «дикая слива». Из огородных растений – cren (hren – хрен). 

    В таких названиях как Patocco отражается слово «поток» (словен. potok – река), и moleca (Saliх alba 1..) не может быть ничем иным кроме словенского maleka (верба). В реке может быть save (zaba – жаба, лягушка), по воде может плавать razze (raca – утка), а также madrac (словен. modras – гадюка). Известен также zoc (словен. cok – пень, колода). Из еды –mulis (словен. mulica – сорт кровяной колбасы), colaz (словен. kola – пирог) и т.д. И у фриульцев бытует слово clanz (словен. klanec – дорога в гору). 

    Мы приводим лишь несколько примеров, говорящих о первобытной крестьянской культуре. Той, что является доисторической. Фриульский народ мог ее с лексическими выражениями лишь сохранить, а не перенять от якобы недавно переселившихся соседей. От народа, который будто бы пришел сюда из болотистой местности по ту сторону Карпат, фриульские соседи могли позаимствовать разве что слова для обозначения жабы, змеи, утки, вербы и т.д.

    Raetia, Vindelicia 

    Обширное пространство Центральных Альп, прежде всего современный Тироль и швейцарский Гризун (Граубюнден) до захвата их римлянами относились к культуре Мелаун. Впервые жителей этой области – ретов – упоминает Полибий (у Страбона IV, 209), говоря о том, что один из четырех перевалов через Альпы проходит по их территории – dia Raiton.

    Но название страны как таковой, Raetia, впервые упоминает лишь Веллей (II.39.104) во время правления Тиберия примерно в 30 году н.э. 67. Народность ретов составляли многочисленные группы населения в альпийских долинах. Соответствующие названия были высечены на памятнике победы Tropaeum Alpium от 7 года до н.э., и Плиний–старший приводит их как gentes Alpinae (III, 136 sl). 

    Среди перечисленных есть и такие, чье первоначальное венетское название в несколько измененной форме сохранилось до наших дней, например, Venostes из долины Винтшгау (Val Venosta) и Venonetes в долине Вальтеллина. При Плинии старшем (III 47, 134) в горной долине реки Стура, то есть еще на территории культуры Голасекка, жили венены. Тут и сейчай есть еще район с названием Винадио (область Кунео) 68. По верхнему Тицину (Val Lepontina) жили лепонтийцы, а в долине Аоста – салашане, или Salassi, которых Катон (у Плиния ст. III, 134) называет Tauriscae gentis. 

    На основании этого наименования мы можем сделать заключение об их родстве с таукисками в Восточных Альпах, которые были идентичны норичанам и карнам. Это родство подтверждается также местными топонимами. Распространенные венетские названия этих народностей, хотя и сохранившиеся в различных формах, также делают совершенно очевидным то, что эти группы были остатками некогда единого народа (H.Hirt) 69.

    Во время прихода римлян все эти народы не были ни кельтскими, ни подвергшимися кельтской ассимиляции. Римский писатель Ливий (V, 33) сообщает нам также, что реты происходят от этрусков и что они сохранили также этруский язык, хотя и не очень правильный. Подобного мнения придерживается также Плиний старший (III, 133), а также Помпей Трог (при Юстиниане, ХХ 5), которые сами были выходцами из близлежащих областей. Как этрусский, так и ретский язык восходил к древнему языку венетов, к праславянскому языку. 

    Вследствие этого нас не удивляет, что А. Берлот смог расшифровать многие как этрусские, так и ретийские надписи, начертанные оригинальными венетскими или, что то же самое, этрусскими письменами, на основе лексики современных славянских языков 70. Как уже указывалось вначале, на всей этой территории появляются также многочисленные локальные топонимы, значение которых нам понятно прежде всего при обращении к словенскому и другим славянским языкам. Большое число археологических находок также подтверждает присутствие на обширных пространствах докельтских культур и тогда, когда уже наступила римская эпоха.

    Венетские, или, что одно и то же, ретийские земли простирались на Западе до середины современной Швейцарии. Далее к западу обитали кельтские гельветы и раурики. К северу от швейцарских Альп и Боденского озера (Venetus lacus) на территори современной Швабии и Баварии находилась Vindelicia, народность которой сформировалась на основе западного круга культуры Гальштат и позже смешалась с кельтскими переселенцами. В названии этой страны и ее населения тоже отражается их исконное венетское происхождение.

    Римские писатели не проводят четких границ между Ретией и Винделицией, упоминая о них и их населении в одном и том же месте, подряд, как, например, в 30 году н.э. Веллей при сообщении о том, что Тиберий подчинил Риму многие зимли, и в их числе также Raetiam et Vindelicos. Действительная Винделиция, к северу от Альп, была уже с раннего периода латенской культуры территорией расселения кельтов (с 5 в. до н.э. и далее). Население же в Центральных Альпах, Ретии, было лишь в незначительной степени затронуто кельтским влиянием, о чем свидетельствуют находки при раскопках, а также топонимы и гидронимы по направлению с их севера на юг до котловины у города Базель. Вследствие этого многие исследователи уже с конца прошлого века высказывали мнение о том, что жители Альп еще в начале Римской эпохи в действительности были венетами, а не кельтами и не иллирами 71.

    Вопреки интенсивному расселению кельтов на северной стороне Альп винделичане не были кельтским или ассимилированным кельтами народом. Об этом свидетельствуют не свойственные кельтам вложения в могилах еще эпохи доримских завоеваний, переделанные на римский лад, но не кельтские названия винделицийских городов, таких как Сelio (Келльмюнц), Febiana (в устье реки Иллер), Fuetbus (Фюссен), Parthanum (Партенкирхен), а также Scarbia (у Миттельвальда), и названия рек Инн, Лех, Партнах 72, так же как Иллер и Траун. 

    И все же мы должны сделать вывод о существовании у винделичан кельтского высшего, возможно, даже ведущего слоя, что, однако, не предполагает его господства над венетским населением, хотя при кельтском вторжении такие отношения можно вполне себе представить. Позже винделичане выступают как один народ, что свидетельствует о возникновении единения, вплоть до включения венетов в ведущий слой. Процесс единения мог протекать быстрее, если языки кельтов и венетов были близки или подобны.

    Римляне покорили ретов и винделичан в 15 году до н.э. Римский полководец Друз сначала разбил ретийские воинские части при Изарке, затем, пройдя через Альпы, Бреннер и седловину Зеефельд над Инсбруком, проник в Винделицию. А из Галлии нанес удар Тиберий, одержав победу над винделичанами у Боденского озера. На завоеванной территории римляне создали единую провинцию Raetia с административным и военным центром Augusta Vindelicum (Аугсбург), связав с Италией дорогой, проходящей через Ферн (1210 м) в долину реки Инн и затем через Решен (Резия, 1508 м) в Винтшгау и далее на Меран, Бозен, Тридент в Падану. К западу от Боденского озера возле современного города Бругг был создан мощный военный лагерь, названный Vindonissa (сейчас Виндиш) и на Дунае оборонительный пункт Limes.

    После вторжения маркоманов в 166 году н.э. римляне преобразовали систему обороны уязвимой для нападений низменной Ретии (Винделиции) Военное командование они перевели в лагерь Castro Regina (Регенсбург) и начали переселять в эти места колонов для земледелия и защиты страны. Император Диоклетиан (годы правления 284–305) административно поделил провинцию Ретия на две новые провинции – Raetia prima (Ретия) и Raetia secunda (Винделиция). Однако последнюю уже вскоре стало невозможно защищать от натиска других народов. 

    С середины четвертого века и далее римляне обороняют лишь альпийскую Ретию – вплоть до середины пятого столетия, когда римской власти вообще приходит конец.

    Местное, то есть венетское и кельтское население Винделиции к этому времени почти рассеялось. Римляне сразу после завоевания страны вывели из нее множество молодых людей – в свою армию. За этим последовало размещение здесь римских солдат, а затем и колонов, в большинстве своем – германских. Но многочисленные венетские (словенские) названия на равнинах Швабии и Баварии, где некогда была Винделиция, и сейчас свидетельствуют о том, что землю здесь первым культивировал народ венетов. И спустя полтора тысячелетия он оставил ее в обработанном виде вместе с топонимами германским колонам. 

    Но несомненно, венетское население в течение всего римского периода сохранялось в самой Ретии, то есть в Тироле и Восточной Швейцарии, где, за исключением города Кур (римск. Curia) нет следов римской цивилизации и существования римских городов 73.

    В конце пятого века к северу и югу от Боденского озера навсегда поселяются алеманы, а восточнее от них живут баварцы, относительно которых и сейчас неизвестно, откуда они вообще переселились. Наиболее вероятно, что этот народ сформировался из германских колонов и оставшегося здесь венетско–кельтского населения старой Винделиции. Но словенский (венетский) язык мог продержаться в Альпах еще доброе столетие.

    NORICUM 

    Восточные Альпы были средоточием Гальштатской культуры, сильное воздействие которой распространялось на всю область Центральной Европы. Центром этой территории является место археологических находок Гальштат, по которому эта культура и получила свое название. Под ее влиянием в соседних областях возникали другие культурные общности, а именно – в Чехии общности Knoviz, Bylany Milavce, в Моравии и Нижней Австрии – Velatice и Baierdorf, в Западной Словении – Chotin, в Западной Паннонии – Val. А на южной окраине, на территории современной Словении уже отражается иллирское влияние 74. 

    В VI–V вв. до н.э. случились набеги с востока киммерийцев и скифов, о чем свидетельствуют находлки в погребениях: захоронения всадников, коней, части конской сбруи и т.д., что характерно для степных народов. Захоронения такого рода встречаются по окраинам Восточных Альп, от Нижней Австрии и Словении через Западную Паннонию до Словении. Но Гальштатскую культуру, прочно утвердившуюся в Альпах, вторжения с Востока существенно не затронули.

    Основой богатства и силы восточной части Гальштата было горное дело. В позднем бронзовом веке, после переселений эпохи культуры полей погребальных урн, территория Солнограда (современного Зальцбурга) была уже настоящей горнорудной страной с рудниками и плавильнями меди, крестьянскими хозяйствами, снабжавшими рудокопов всем необходимым, и сетью дорог. По ним перевозили медь и бронзовые изделия на юг; некоторые из дорог пролегали через высокогорные седловины в Альпах. Кроме меди, в этих местах добывали каменную соль и торговали ею.

    А по окраинам Восточных Альп проходил знаменитый Янтарный путь, идущий от месторождений янтаря на Балтике (к востоку от устья Вислы) по направлению к югу – мимо Альп к Адриатике, прежде всего в Оглей (соврем. Аквилея), бывший тогда самым большим янтарным рынком. 

    Начиная с бронзового века и далее Янтарный путь пролегал по старой территории венетов, на основании чего можно заключить, что именно венеты были перевозчиками и торговцами янтарем. Для доисторического человека янтарь был магическим целебным средством, из него, наряду с другими изделиями, изготовляли также амулеты для детей. На территории Апеннин, в культурах Марино и Новиллар, позже также в культуре Рима применение янтаря в украшениях достигло своей художественной вершины. 75

    Около 700 года до н.э. в Восточных Альпах уже преобладала черная металлургия. Средоточие добычи железа было в Северной Каринтии и Верхней Штирии, где находились залежи железной руды. Восточноальпийское железо отличалось превосходным качеством, оно уже достигало качества стали, поэтому торговля им сделалась главным источником благосостояния здешнего населения. Продолжалась и добыча соли. Ее залежи находились на северной стороне Низких и Высоких Туп (Гальштат, Галлейн). Мощные хозяйственные центры развились в Венской, Градской, Целовецкой (соврем. г. Клагенфурт) котловинах, и особенно в Нижней Крайне (общность Ваче).

    Подпись к иллюстрации
    Находки из Гальштата, давшего название старейшему периоду железного века в Европе, носителями которого были венеты. Характерные фигурки быка и коня на многих предметах отражают военный и крестьянский характер этой культуры. (Источник: J.Filip, itm, 457).

    К концу V века н.э. наступавшие с Запада кельты не покорили Восточные Альпы. Но частичное присутствие кельтов на этой территории подтверждают кельтские захоронения прежде всего в названных центрах хозяйственной деятельности. И все же во внутренних районах Восточных и Центральных Альп кельтские находки эпохи Латена очень редки и смешаны с Гальштатскими, а то и совсем отсутствуют 76. Поэтому их можно также объяснить торговым обменом или присутствием кельтских переселенцев.

    Кельтские захоронения в развитых в хозяйственном отношении областях Восточных Альп сами по себе еще не дают оснований для далеко идущих заключений о том, что Гальштатские венеты оказались под властью некоего господствующего пласта кельтов, как это постоянно твердят немецкие и австрийские историки и археологи, а за ними и прочие западные знатоки. Мы приходим к заключению о существовании лишь некоторого кельтского слоя рудокопов в индустриальных районах и с еще большей вероятностью – о существовании кельтских ремесленников и торговцев. 

    После того, как кельты завоевали все территории в окрестностях Альп, в руки к ним попала также и европейская торговля, от которой была зависима черная металлургия в Восточных Альпах. Об этом явно свидетельствуют находки кельтских денег – золотые и серебряные монеты и другие вещи. Кельтские монеты появились во втором веке до н.э. К этому времени восходит и некоторые венецианские монеты, найденные в Горине (нем. Gurina) в верхнем течении Зилы под известным перевалом Плеке (Plocken, 1360 м).

    Хотя отношения между кельтами и венетами все еще не прояснены, мы можем предположить, что в торговле и хозяйствовании наряду с кельтами участвовали и венеты, которые после кельтских вторжений никуда не изчезли, и именно они несли на себе основную ношу дальнейшего развития.

    По убеждению некоторых историков, присутствие кельтов в Восточных Альпах должно было стать особенно ощутимым в конце III века до н.э., и это означало бы, что, если не раньше, то во всяком случае в данное время они преобладали в этой местности. Историки эти основывают свое мнение на следующем факте: в 225 году до н.э. на этрусском берегу под Теламоном римляне одержали решительную победу над многими родами кельтов, на помощь которым подоспели тауриски (Полибий II, 28, 4.30.6), якобы тоже кельтская народность. После поражения тавриски будто бы должны были отойти в Северо–Западную Каринтию, где, начиная со II века до н.э. обнаруживается высшее сословие кельтов, стоящее над старым «иллирийским» населением 77.

    In Tauriscis Noricis 

    В сражении под Теламоном во всяком случае могли участвовать лишь тауриски Западных Альп, о чем нам определенно говорит Полибий. Далее Полибий (II 5. 8) упоминает западных таурисков как жителей местности, образенной к равнине 78, и Катон (у Плиния старшего III, 134) – как Tauriscae gentis, когда повествует о лепонтийцах в Тицине и о салашанах в Аосте. Но, как уже упоминалось, эти две народности не были кельтскими, а являлись остатками венетов (культура Голасекка), хотя они и подчинялись верхне–италийским кельтам. От этих западных таурисков происходит название города Julia Augusta Taurinorum (Турин, итал. Torino). Существует еще и третья группа с названием «таурины», упоминаемая Птолемеем (III 8, 3) и пребывающая в северо–западной Дакии (или северо–восточной Паннонии).

    В письменных источниках, относящихся к этому периоду, отсутствует название жителей Восточных Альп. Греческие и римские писатели сообщают нам, что во втором веке до н.э. через Альпы по направлению к югу вторглись народы, называя их галльскими, то есть кельтскими. Но такие сообщения возникли лишь в начале нашего летоисчисления.

    В борьбе с этими народами римляне в 181 году до н.э. создали мощный военный лагерь в Оглее (соврем. Аквилея) и около 170 года до н.э. уже имели с ними дипломатические контакты. Эти контакты осуществлялись на кельтском языке. Об этом нам сообщает римский писатель Ливий, когда упомянутые «Alpini populi (XLIII 5, 1) он называет, как и Страбон (VIII 293. 313), галлами. Ливий приводит также имя их повелителя – «Rex Gallorum Cincibillius», и затем еще следующего – «Regulus Gallorum Balanus» (X IV 14 1), подразумевая при этом, по мнению большинства историков, уже некое союзное королевство в Восточных Альпах 79.

    Ливий пишет дословно: «…Rex Gallorum Cincibillius nomine Alpinorum populorum sociorum suorum», который через своего брата отправил жалобу в римский сенат. Латинский термин «populus» означает государственно организованный народ (populus Romanus). И таковы, несомненно, – «populi Alpini», которые между собой также союзники – «socii».

    Однако из–за недостатка археологических находок, относящихся к культуре Латена в Восточных Альпах, большинство археологов и историков полагает, что существовавшее там союзное королевство не было кельтским, и правил им лишь тонкий слой этого народа, то есть кельтов или, как говорили римляне, галлов. Указание в источниках, правда, такое заключение допускают, особенно вследствие упоминания «галльского» короля и названия – «галлы». 

    Но очевидно, что писатели отождествляют с галлами (кельтами) в Восточных Альпах также венетов по причине единства или сходства их языков. Но о каком–то господствующем слое источники специально нам не сообщают. Дипломатические контакты между римлянами и народами Восточных Альп должны были осуществляться на венетском языке.

    Название обитателей Восточных Альп впервые в середине 2 века до н.э. приводит Полибий (XXXIV – 10; у Страбона IV, 208), когда говорит о том, что «in Tauricis Noricis» (у норикских таврисков) открыли богатые залежи золота. Однако тавриски прогнали итальянских торговцев и захватили торговлю золотом в свои руки. А в Италии из–за этого цена на него упала на треть, из–за чего затем обострились отношения между таврисками и Римом.

    В 129 году до н.э. в сражении с римлянами тавриски потерпели поражение, а вскоре за ними были побеждены и карны. Однако, когда германские кимвры вторглись в Восточные Альпы и осадили норикскую столицу Noreia, римляне пришли таурискам на помощь. Но при этом они сами были разбиты (113 год до н.э.). Когда исходившая от кимвров опасность миновала, между Римом и королевством в Восточных Альпах было достигнуто дружеское соглашение, действовавшее целых сто лет.

    Королевство таурисков и норичан в предримский период было довольно обширным: на севере оно доходило до Дуная, на западе – до выходящей за пределы Альп реки Инн и горного гребня на современной тирольской границе; южнее она охватывала также всю долину реки Риенц до современного города Бриксен, откуда граница шла по горным гребням доломитов и Карнийских Альп до Наупорта (Врхника) и Эмоны (Любляна); ему принадлежали также современные доленьская и нижне–штирийская территории с городами Целея (Целье) и Петовио (Птуй), а также западно–паннонские города с более поздними римскими названиями Savahba (Сомбатхей), Scarbantia (Шопрон) и Carnuntum (Петронелль)80. Через эти города проходил древний янтарный путь, связывавший Балтику с Оглеем (соврем. Аквилея).

    Вернемся к вопросу, действительно ли Норикское королевство принадлежало кельтам, или кельты составляли его господствующий слой, чего не подтверждают ни источники, ни раскопки, ни наследие местных топонимов.

    Даже в более открытых для доступа извне землях западной Паннонии, где кельты бесспорно были у власти, мы еще можем проследить существование первоначального, говорящего по–венетски (J.Filip: по–иллирийски) населения вплоть до позднего римского периода. Раскопки в Чехословакии свидетельствуют, что первоначальное гальштатское население существовало как подоснова даже после того как страну захватили и поселились в ней кельты. В эту подоснову лишь постепенно проникали латенские элементы 81.

    Современная область Зальцбурга в Восточных Альпах оказалась той землей, где присутствие кельтов было наиболее мощным, что, однако, не дает никаких оснований для заключения о кельтской гегемонии или о кельтской ассимиляции Норика. На территории современной Штирии на основе культуры Гальштат существовала восточно–норикская культурная общность на протяжении всего периода Латен. В Западной Каринтии, в местности Горина, сохранились венетские монеты, а в находящихся неподалеку Времьях (Wurmlach) – надписи, манера письма и азбука которых являются венетскими. Во время господства римлян в этих местах находилась область Loncium (Itin. Ant. 279), название которой идентично словенскому названию Лока 82.

    В таурисках, которые якобы должны были быть господствующим слоем кельтов, многие специалисты видят просто первоначальное название жителей Норика 83.

    Римский писатель Плиний старший (III, 133) указывает:
    «Названия «тауриски», а затем «норичане» для обозначения государственного образования в Восточных Альпах преобладают, вследствие чего историки считают что господствующая роль перешла здесь от первых ко вторым, то есть от предполагаемого кельтского слоя к «иллирским» местным жителям. 

    Но, как следует из слов Плиния, речь идёт только о группах одного и того же народа, сформировавшегося на культуре восточного Гальштата. Из упоминаний в источниках ясно, что народ в Восточных Альпах составляли четыре народности, к которым в римский период присоединились ещё некоторые меньшие группы, и жили они на следующих территориях: тауриски – в западной Каринтии и по долинам Высоких Тур в Солноградской области (норичане – в центральной Каринтии и в области Низких Тур, то есть в Верхней Штирии и Нижней Австрии; карны – по долинам Карнийских и Юлийских Альп, а также вне границ Норика в Фриули и на Красе; латобики – в Доленьской, Нижней Штирии и в Латобской долине; современное доленьское Требинье имело еще латинское название «Praetorium Latobicorum», а Дрново – «Municipium Flavium Latobicorum Neviodunum».

    Тот факт, что в источниках не содержатся временные и пространственные размежевания этих народностей, свидетельствует в пользу гипотезы об их общем происхождении, о едином народе. Согласно Плинию (III, 131), карнам принадлежал также перевал Хрушица и область Сисак в Славонии (Carnis Segesta et Ocra), то есть земли латобиков; и точно так же, согласно Плинию (III, 148), места обитания таурисков распространялись до Скордисков близ славонских холмов (mons Claudis, cuius in fronte Scordisci, in tergo Taurisci).

    Народ в Альпах избежал кельтской ассимиляции прежде всего благодаря горному ландшафту, который не подходил кельтам для поселений, а местным венетам издавна давал возможность успешно обороняться. Кроме того, у венетов был достаточно высокий уровень крестьянской культуры, более высокий по сравнению с кельтами. Тысячелетием ранее, при завоевании и заселении Альп в процессе переселений периода Культуры полей погребальных урн, старое альпийское население со своей культурой (напр., культура Крестаулта в Энгадине), более слабой по сравнению с венетской, растворилось среди венетов.


    Источник: http://sventovid.narod.ru/
    Категория: Венеты, Венеды, Венды. | Добавил: Яковлев (09.03.2009)
    Просмотров: 416
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]